Арт-объект

Гендиректор Госоркестра Артур Назиуллин: «Высокое искусство - это дорогое удовольствие»

19.09.2023
Минувший концертный сезон стал одним из ярчайших в истории Национального симфонического оркестра Башкирии. Как получилось, что региональный симфонический госоркестр выступает на главных сценах страны, рассказал генеральный директор творческого коллектива и блестящий музыкант Артур Назиуллин.

«Это же здорово - не летать в Вену, а слушать оркестр в Уфе»

 

- Действительно, хочется поговорить не про лавры, а про заслуги, которые объективно есть, - замечает Артур Искандарович. - Мы открыли сезон двумя просто умопомрачительными проектами в Москве, в моей родной Московской филармонии. Только вдумайтесь - я всегда подчеркиваю это - 101 сезон Московской филармонии открывает оркестр Башкортостана. Такого за всю историю республики не было никогда. 

Директор коллектива отмечает: «крайне важно, что оркестр начал выезжать за пределы Башкортостана».

- Не просто выезжать, а завоевывать своего слушателя, - уточняет он. - Безусловно, это связи, знакомства и все-таки признание коллектива в федеральной культурной повестке. У оркестра появляется огромное количество почитателей и ценителей - не только среди наших региональных поклонников классической музыки, но еще и наши старшие товарищи - выдающиеся музыканты мира - очень трепетно относятся к нашему оркестру. И это, безусловно, наша общая победа: и музыкантов, и руководства оркестра, и всей республики. Потому что только высокая культура, как я убежден, может быть основной линией развития здорового общества и нашей республики. Она является мерилом атмосферы в регионе. 

Г-н Назиуллин отметил, что на симфонические концерты «приходит огромное количество людей».

- Безусловно, проекты, которые нацелены на широкую аудиторию, они, конечно, тоже привлекают слушателей. Но в первую очередь я лично убежден, что это просто качество работы коллектива, когда Госоркестр Башкортостана может быть интересен в элитарных, серьезнейших и ярчайших программах, которые являются достоянием всего человечества. Но это же здорово: не летать в Вену и слушать Венский филармонический оркестр, а в Уфе прийти и услышать коллектив такого же качества и уровня.

Директор симфонического коллектива рассказал об абонементе «Золотые страницы башкирской классики», в котором оркестр исполняет произведения выдающихся башкирских композиторов.

- Это работы и ушедших великих мэтров, и ныне живущих. Очень много лет такого проекта не было. И самое важное, что ежегодно с Союзом композиторов мы делаем проект с молодыми авторами. Совершенно юные ребята, которые только ищут себя в этом огромном мире, и их уже исполняет Госоркестр. Почти ни один регион не может таким похвастаться. У нас прекрасный тандем с Союзом композиторов, с его председателем Лейлой Исмагиловой, замечательным композитором. И вот мы пытаемся эту историю сделать.

У сюиты «Урал-Батыр», которую исполняет оркестр, – особая история.

- Наш главный дирижер Дмитрий Крюков является соавтором этого произведения. Когда он приехал в Башкортостан, мы много работали с Союзом композиторов, и в прошлом году в одном из концертов абонемента «Золотые страницы башкирской классики» мы откопали произведение Хусаинова Ахметова «Урал-Батыр». Произведение было написано к драматическому спектаклю, которое фактически никогда толком и не исполнялось. То есть разрозненные части к спектаклю не были объединены - просто несколько номеров, условно говоря. Вот Дмитрий, обладающий безусловным талантом и полным пониманием оркестровки, имея оркестр под руками, это все собрал, дописал часть произведений, сделал большую симфоническую сюиту под названием «Урал-Батыр». Сейчас ее с большим восторгом слушают не только в Башкирии: и в Большом зале Московской консерватории мы ее играли, и по регионам России. То есть это действительно прекрасные произведения, которые созданы для симфонического оркестра и прекрасно принимаются любой публикой, даже не рафинированной, а обычным слушателям, потому что сюита просто яркая и очень понятная, с башкирскими темами.

По словам г-на Назиуллина, главный дирижер оркестра Дмитрий Крюков «прекрасно себя реализовывает».

- Он профессиональный музыкант, прекрасный дирижер с отменным образованием. Учился у легендарных дирижеров, таких как Геннадий Рождественский - это просто мировая легенда дирижерской школы и Валерий Полянский - руководитель Государственной капеллы России. И сейчас Дмитрий, которого я также привез с собой из Москвы, вырастает в большого настоящего международного мэтра. Я убежден, что у Дмитрия - колоссальное будущее. И при этом он не забудет республику, которая его взращивает, как большого дирижера.

 

«Сравниваю оркестр с хоккейной командой»

 

Не первый год Госоркестр Башкирии сотрудничает с такими именитыми музыкантами, как Денис Мацуев и Владимир Спиваков.

- Огромная команда музыкантов, которые востребованы в мире, прилетает к нам в Уфу, и мы ездим с ними по России. Конечно же, все начинается с дружбы, - не скрывает глава оркестра. - С Денисом нас связывает дружба еще с нашей семьи - фонда «Новые имена». Когда я 12-летним мальчиком попал в эту семью, и наша московская мама, президент фонда Новые имена Иветта Воронова, выращивала нас, «кисок», как она нас называла, в больших музыкантов. Она растила просто будущее страны. И это замечательно, что все эти музыканты, которые были выращены великими людьми, приезжают к нам в Башкортостан, и наш концертный сезон и афиша оркестра очень разнообразны и безумно интересны.

- Какие менеджерские таланты используете, чтобы имя оркестра так звучало?

- Безусловно, это огромный менеджмент по продвижению коллектива. Я вообще всегда сравниваю оркестр с хоккейной либо футбольной командой, потому что мы тоже ведем покупку музыкантов, переманиваем их в Башкортостан. За время моей пятилетней работы в Башкирию приехали порядка 25 абсолютно высококлассных музыкантов из разных регионов, из стран мира. Но, если говорить откровенно, мы привлекаем и финансовой составляющей, потому что бесплатно музыка не играется, как вы прекрасно понимаете.

Артур Искандарович замечает, что «высокое искусство - это довольно дорогое удовольствие».

- И покупка каждого музыкального инструмента - это миллион рублей. Это довольно серьезно. Помимо министерства культуры, мы, конечно, получаем предметную поддержка от главы региона и от правительства республики. Поэтому колоссальные проекты, пропагандирующие высокую культуру Башкортостана, являются командной работой, которая выводит оркестр в федеральную повестку.

- Но все-таки ваша личность на узнаваемость оркестра тоже повлияла? 

- Для чего-то же меня в Башкортостан пригласили. Я из республики уехал в 12 лет и через 20 лет вернулся. И не только музыкантом - с большим руководящим опытом и багажом. Поэтому, безусловно, возвращаться домой надо для чего-то, не просто так. И я надеюсь, что вся наша команда, которую мы собрали за годы работы, вернулась или приехала в Башкортостан для подъема высокой культуры.

- А вам хотелось бы, чтобы слушателей классической музыки становилось больше?

- Это наша основная задача. У нас по всем показателям и экономическим, и показателям по посещению прирост просто колоссально идет - как минимум в 300 процентов. Просто потому, что в первую очередь мы все-таки говорим о качестве работы музыкантов, а не только административной части. Свои музыканты очень сильно подтянулись. Есть пример, есть задача. И когда коллектив как минимум четыре раза в сезон играет в главных концертных залах России и в Москве с такими легендарными музыкантами уже в абонементе Московской филармонии. И открывают не только сезон филармонии, но и юбилейный фестиваль Ильдара Абдразакова либо ежегодно представляют Башкортостан в Большом зале Московской консерватории в легендарном намоленном зале. Конечно же, это огромная ответственность, и музыканты теперь уже соответствуют этому статусу солистов Госоркестра.

- Как мотивируете музыкантов?

- Все-таки мы говорим о том, что Госоркестр - это непростой коллектив, и туда попадают лучшие музыканты. Безусловно, никто не отменял обычную человеческую жизнь с походом в магазин или в поликлинику - все живут своей жизнью. Но на сцене, в репетиционном процессе все живут только музыкой, потому что по-другому просто и не получается. Оркестр и музыка - это вообще про дисциплину. А музыка - это вообще один из самых лучших способов приучить ребенка к чувству времени, к дисциплине. У нас есть очень серьезные рамки занятий. Есть упражнение, которое ты должен делать. То есть это прямо расписанное время. И, конечно, это человека воспитывает изнутри в том числе.

 

«Мы не помним, сколько во времена Чайковского произвели колбасы»

 

- Как на вас влияет симфоническая музыка?

- Вы знаете, я вообще прекрасно начинаю работать, когда слушаю свой оркестр. Во-первых, я пытаюсь никогда не пропускать концерты, потому что это крайне важно понимать здесь и сейчас, что происходит: где надо усилить, где надо ослабить. То есть это прямо такая рабочая история. Но это и думать помогает. А потом это, на мой взгляд, субъективный, безусловно, какая-то машина и времени, и пространства. То есть ты отключаешься от того, что происходит здесь и переносишься магическим образом в какой-то другой мир, хоть на короткое время становишься абсолютно человеком, у которого нет проблем. Это же потрясающее искусство. Сила искусства это вообще необъяснимая сила, но она гораздо сильнее, чем какая-то агрессивная. Музыка всегда лишена агрессии. Это прекрасный дивный мир красоты, какого-то божественного диалога - друг с другом, с Богом - неважно. Даже вода не гниет под музыку Моцарта - проводили исследования. То есть происходит какая-то магия.

- Как человек, который находится в такой особой музыкальной среде, относится к поп-музыке, к тому, что он слышит по радио, например?

- Вы знаете, я отношусь спокойно-безразлично. А давать оценку, какая там сейчас популярная музыка… Я, во-первых, ее просто не слушаю: даже случайно такого не бывает. Если случайно - я могу переключить: сейчас демократия, не обязательно слушать только развлекательную музыку. Ну, я вот могу, например, послушать какую-то музыку 80-х, условно говоря, Уитни Хьюстон или Roxette, или еще что-то такие. Такие слова я знаю, - улыбается Артур Назиуллин. - Но это уже является фактически классикой, и какие-то песни, действительно, есть потрясающего качества, которые тоже являются уже достоянием всего человечества. Меня другие вещи коробят. Меня коробит перекос, который сейчас пошел. И то огромное влияние развлекательного контента, которое оказывается на сознание человека. И, конечно же, финансовая составляющая тут тоже есть. У нас всегда большие вопросы. А почему истинное искусство не так сильно поддерживается, например, как развлекательное? Безусловно, и то, и то должно существовать. Мы не говорим, что что-то нужно ущемлять.

- Как пристрастить молодых людей к настоящему искусству?

- Мы видим, что на концертах нашего коллектива огромное количество молодежи. Я не знаю, что эти люди слушают, когда выходят из концертного зала. То есть я не могу давать оценку их действиям. Но однозначно, когда приходят молодые люди, хорошо выглядящие, видно по глазам, что очень здравомыслящие, но они приходят в большом количестве просто приобщиться к великому искусству. И вот в этом уже победа. У истинного искусства на самом деле много поклонников. Если мы будем говорить о том, что вечно, - вечно как раз-таки настоящее искусство, ведь эпохи измеряют легендарными личностями. Когда жил Петр Ильич Чайковский. Или во времена Александра Сергеевича Пушкина. Это же целые эпохи были. И мы не помним, сколько было произведено колбасы в тот или иной период или было собрано пшеницы. Мы говорим о том, какие произведения создавались.

- Как поклонники симфонической музыки относятся к тому, что оркестр играет попурри из голливудских фильмов?

- Очень хороший вопрос. Ну, во-первых, если брать процентное соотношение проекта «Симфоническая вселенная», который мы делаем, то это будет пять процентов из ста. То есть это очень маленький процент. А потом так, как мы делаем, это не совсем попурри. Я всегда позиционирую данный проект, который мы начали только в этом году, с точки зрения того, что есть выдающиеся композиторы, такие как Джон Уильямс, которого можно сравнить с абсолютно любым мировым уже ушедшим мэтром. Это абсолютный гений, который пишет и академическую музыку, и музыку к знаменитым кинофильмам.  

Артур Искандарович замечает, что на таких концертах оркестр «исполняет не только узнаваемые темы из фильмов».

- Например, играем сюиту из кинофильма «Звездные войны», которая длится 30 минут, а в фильме разделена на части. То есть это получается довольно большое симфоническое произведение потрясающей красоты, потрясающего накала. И, по большому счету, вся западная музыка, которая используется в кинолентах, пошла из классических произведений, например, такого композитора, как Уолтон, который написал просто потрясающее ярчайшее симфоническое произведение «Пир Валтасара», по лекалам которого сейчас шьется музыка голливудских фильмов. То есть это все пошло из академической музыки. И мы не удешевляем процесс, добавляя экраны или визуальный ряд - это все очень сильно, конечно, могло бы испортить. То есть человек может закрыть глаза и просто окунуться в прекрасный мир, так же, как он окунается в прекрасный мир Антона Брукнера или Густава Малера – легендарных композиторов, огромное количество концертов которых мы играем в сезоне.

 

«Я был рожден, чтобы быть музыкантом»

 

- Руководящая должность не мешает вашей музыкальной карьере?  

- Не мешают абсолютно. Конечно, первые несколько лет я очень сильно сократил количество своих концертов. А сейчас я выхожу на те же показатели, которые у меня были до Башкирии. Я не говорю, что мы уже достигли какого-то пика, это только ступени, начало: локомотив оркестра более-менее встает на рельсы. Я вижу оркестр только так. И я убежден, что впереди еще очень много предстоит коллективу сделать, ну и завоевать свое место под солнцем и, главное, его удержать. Потому что одно дело сделать в каком-то периоде точечное ярчайшее достижение, а дальше все должно стать традиционно и стабильно.  

- Административная работа не лишает вас вдохновения?

- Вы знаете, будет, наверное, нечестно сказать, что полностью вдохновение не уходит. Но, конечно, в такой административной работе ты убираешь творческое начало, но когда я выхожу на сцену либо когда мне удается просто позаниматься на своем инструменте, то, безусловно, я самый счастливый человек. Я был рожден для того, чтобы быть музыкантом, всегда это чувствовал. Мне очень повезло, потому что уже в пять лет я попал в музыкальную среду. Моя мама так же, как я, народная артистка, - профессор Уфимского института искусств. То есть у меня не было выбора. И, слава богу, выбор сделали за меня. И, безусловно, с первого класса я знал, что я буду либо музыкантом, либо никем. И с этим я шел дальше. Это очень здорово, когда ребенку дают сразу установку и направление. Я не метался никогда. Я, во-первых, очень рано уехал из дома, и там уже точно не было выбора, потому что пошла уже такая детская, но карьера на развитие, как музыканта.

- А вас, 35-летнего, не упрекают в молодом возрасте мэтры вашего оркестра?

- Как можно упрекать в чем-то человека, если есть эффективность и есть успехи? Возраст не мешает. Возраст только помогает.

- Не боитесь стареть?

- А я вообще не старею. Человек стареет только душой. У всех бывает по-разному. Но у меня есть мои старшие наставники, такие, как Владимир Спиваков. Мы не будем говорить, сколько лет маэстро Спивакову. Он не просто не стареет душой, он еще и физически в потрясающей форме. И любому молодому человеку даст фору. Поэтому есть на кого равняться.

- Такой судьбы, которая сейчас у вас, желали бы своим детям?

- Очень сложный вопрос. Во-первых, у меня нет детей. Они, возможно, будут, но это очень непросто. Это непростой путь. Однозначно, если у человека есть предрасположенность, это видно почти сразу, то надо продолжать. Но я безумно счастлив, что меня отвели в музыку. Возможно, у меня бы не получилось, но нельзя родителям бояться или пытаться вырастить сразу Спивакова и Моцарта. Это совершенно не основная цель. Основная цель - ребенка отвести вообще в музыкальную школу и дать возможность развивать нейронные сети как-то по-другому, нежели у людей, которые не пришли в музыкальную школу по той или иной причине. Во-первых, задействуются - и это уже доказано - все области головного мозга, и вообще музыканты - это такие киборги современного общества, потому что одновременно двумя руками - это же потрясающее развитие. И в итоге нейронные сети совершенно иначе сопрягаются друг с дружкой, нежели у людей, которых не отвели в музыкальную школу родители. Поэтому я всех призываю: не обязательно, чтобы ребенок дальше становился большим музыкант, он должен приобщиться, он будет гораздо духовно, да и коммуникативно богаче.

- А вам снится музыка?

- Мне снятся разные сны. Чаще всего музыка не снится, а снится, что ты, например, выходишь на сцену и не знаешь, что будешь играть. То есть у тебя отшибает память. Не то чтобы в себе сомневаюсь, но ты всегда должен быть в потрясающей форме, потому что - народный артист, не народный артист - это всего лишь звание, так же, как и должность. Сегодня у тебя эта должность есть - завтра ее нет. Я никогда не питал никаких иллюзий, нет ничего вечного. А твое призвание, как профессионального человека - это огромный объем труда, который ты должен ежедневно делать. Однозначно, талант, одаренность или гениальность - это только первый шаг. А дальше – только работа.

Другие новости

Сегодня
Популярное
Что почитать

ОПРОС После выхода на пенсию вы планируете

Результаты